Бернар КЛЕРВОСКИЙ. О БЛАГОДАТИ И СВОБОДЕ ВОЛИ

СВ. БЕРНАР КЛЕРВОСКИЙ
О БЛАГОДАТИ И СВОБОДЕ ВОЛИ

[с сокращениями]



      ГЛАВА I:
О том, требуется ли для заслуги доброго дела вместе с божьею благодатью содействие согласного с нею свободного выбора


<…> 2. Итак, для чего же спросишь ты, свободный выбор (arbitium liberum)? Отвечаю кратко: для спасения. Отними свободный выбор, и не будет того, чем спасаемся; отними благодать, и не будет того, что есть причина спасения. Дело спасения не может совершиться ни без того, ни без другого: во-первых, без того, чем совершается, во-вторых, без того, в чем совершается. Бог -- творец (auctor) спасения, свободный выбор есть только способность; и только Бог может дать его, а свободный выбор -- принять. А так как спасение дается только Богом и только через посредство свободного выбора, то его не может быть как без согласия принимающего, так и без благодати дающего. О свободном выборе говорится, что он содействует благодати, совершающей спасение, до тех пор, пока он пребывает в согласии, т.е. пока он спасается. Ибо пребывать в согласии [с благодатью] значит спасаться. Вследствие этого дух животного не имеет спасения, ибо у него отсутствует добровольное согласие (voluntarius consensus), в силу которого спасающийся добровольно повинуется спасающему, т.е. богу, следуя призывающему, веря обещающему и благодаря дающего. Ведь не одно и то же добровольное согласие и естественное влечение (naturalis appetitus). Естественное влечение общее у нас с животными, а добровольное согласие отличает нас. Оно есть свойство души быть свободной, не поддающееся ни насилию, ни вымогательству, ибо оно есть воля, а не необходимость. А там, где воля, там свобода. Это-то и есть то, что я называю свободой воли.

      ГЛАВА II:
О том, что такое свободный выбор и в чем состоит его свобода


<…> 4. Разум же дан воле, дабы наставлять ее, а не расстраивать. А он бы расстроил ее, если бы поставил ее перед необходимостью (necessitas), чтобы она не создавала себя свободно по своему усмотрению (arbitrio) <…>. Ибо, где необходимость, там нет воли. Если что-либо делается правильно или неправильно по необходимости и без согласия воли, то разумное существо либо не должно считаться грешным, либо не может быть совершенно праведным, ибо и в том и в другом случае отсутствует то, что единственно делает его грешным или праведным, т.е. воля. Добровольное согласие воли вследствие неустранимости ее свободы, вследствие непреклонного решения разума, который всегда и всюду сопровождает волю, называется свободным выбором. Свободным вследствие воли (liber sui propter voluntalem), судьей над самим собою - вследствие разума.

5. Впрочем, то существо, которое не сознает себя свободным, на каком основании может вменяться ему доброе или злое? Необходимость извиняет и то, и другое. Ибо там, где необходимость, там нет свободы, а там где нет свободы, нет заслуги, а посему нет и осуждения. <…> Жизнь, чувство, влечение, память, разум (ingenium) в той мере зависят от необходимости, в коей они не подлежат ведению воли. Воля же не может быть лишенной свободы, потому что ей невозможно не повиноваться самой себе (ибо никто не может не захотеть того, чего он хочет, или хотеть того, чего он не хочет). <…> Отсюда вытекает правило, что неразумным, детям, а также спящим не вменяется никакое деяние, доброе или злое, ибо, конечно, не владея своим разумом (ratio), они не могут и пользоваться собственной волей, а вследствие этого не могут иметь свободное суждение (judicium libertatis).

      ГЛАВА III:
О том, что свобода может быть троякого рода: свобода по природе, свобода благодати и свобода славы.


6. Итак, одна только воля вполне заслуженно делает тварь праведной или неправедной, достойной блаженства или страдания, поскольку она согласует [свои деяния] с правдой или неправдой. И вследствие этого, добровольное и свободное согласие я считаю сообразным называть свободным выбором; свободным со стороны воли; выбором, насколько это относится к разуму (ratio). Свобода выбора - это не есть свобода от греха или свобода от страдания, а свобода от необходимости.

7. Итак, как мы до сих пор видели, свобода нам представлялась в трояком виде: свобода от греха, свобода от страдания, свобода от необходимости. Последняя дается нам природой, в первой мы восстанавливаемся благодатью, вторая нам сохраняется на родине (reservatur in patria). Первая пусть называется свободой по природе (Naturae), вторая -- свободой благодати, третья -- свободой жизни или славы (Vitae vel Gloriae). И первая свобода имеет много от чести, вторая еще больше от добродетели, последняя есть вершина счастья. Имея первую, мы стоим выше всех одушевленных существ, имея вторую, мы побеждаем плоть, имея третью, попираем смерть. <…>

      ГЛАВА IV:
О том, какая свобода свойственна святым душам, освобожденным от тела


9. Свобода от необходимости свойственна в равной степени и богу и всякой дурной или доброй разумной твари. И подобно небесному ангелу или даже самому богу, человек свободно остается добрым, т.е. по своей воле, а не в силу внешней необходимости; так же, конечно, и дьявол свободно ввергает себя во зло и пребывает во зле по своему добровольному решению, а не под влиянием чужого побуждения.

10. Тот, кто хочет иметь добрую волю, доказывает, что он имеет волю вообще: ведь он хочет иметь добрую волю, как следствие [наличия] ее самой. А если он имеет волю, значит, и свободу, но свободу от необходимости, а не от греха. <…> Когда мы желаем добра -- наша воля добра; желаем зла -- воля зла. И в том и в другом случае - это воля, и она всегда свободна: ведь необходимость уступает воле. Когда мы не в силах сделать то, что хотим, то мы чувствуем, что сама свобода находится некоторым образом в плену у греха и мучений, однако она не потеряна.

11. Выбор есть решение (iudicium). Решению свойственно различать, что дозволено и что не дозволено, суждению -- что полезно и что не полезно, а желанию наслаждения -- что нравится и что не нравится. Будучи свободными в нашем выборе и свободными в суждении, мы стали бы вследствие этого свободными от греха. Не называемся ли мы свободными, раз мы чувствуем себя свободными от всего, что нам не нравится, т.е. от всякого мучения?

12. Совершенно очевидно, что свободный от необходимости выбор, которым обладают ныне все разумные твари, будет у избранных людей также и свободен от греха и не затронут людскими несчастьями. Поелику этого еще нет, пока остается полно и пребывает нетронутой в людях только свобода выбора. Ибо свобода суждения существует только отчасти и только у немногих людей духа, которые распинают плоть свою, зараженную пороками и вожделениями, и существует лишь постольку, поскольку не царит в их смертном теле грех. <…>

      ГЛАВА V:
О том, существует ли свобода от страдания и свобода желания наслаждения в этом мире


13. Что же можно сказать о свободе желания наслаждения в этом мире? Каким же образом в таких условиях может быть место для подобного рода свободы? Какая же остается, говорю я, свобода для нашего желания наслаждения, когда все исполнено страдания, но нет ни невинности, ни справедливости? Каким образом можно быть свободным от греха, а также от страдания [в этом мире]?

14. Те, кто наслаждается, делая зло, и радуется дурным поступкам, поступают подобно радующимся безумцам. Нет страдания истиннее, чем ложная радость. <…> Страдание свойственно этому миру, но так как по воле случая чредою следуют то более тяжелые, то более легкие обстоятельства, переживание меньших зол кажется некоторой передышкой в страданиях, подобно тому, как иногда после самых тяжелых испытаний менее тяжелое кажется счастьем.

15. В свою очередь, следует сказать открыто, что те, кто в созерцательном восторге порою [бывают] восхищены духом (in spiritu), столько раз будут свободными от страданий, сколько раз они достигнут этого.

      ГЛАВА VI:
О том, что для возжелания добра абсолютно необходима благодать


16. Хотеть свойственно нам в силу свободной воли, но нам не всегда свойственно мочь то, чего мы хотим. Я не говорю - хотеть доброе или злое, но только хотеть. Хотеть же доброе - наше преимущество; хотеть злое - недостаток. Хотеть же просто - значит хотеть вообще добра или зла. А чего именно хотеть - зависит от благодати. Если желают добра - благодать спасает, зла - благодать покидает. Таким образом, воля делает нас желающими, благодать же - желающими благое. От воли идет желание, от благодати - желание добра.

17. Простота страсти свойственна нам от природы как таковым, участие же [Бога] - от благодати. [Благодать действует] в том смысле, что она упорядочивает то, что дает ей творение; ибо добродетели суть не что иное, как упорядочение страсти. <…> Следовательно, желания, страх и любовь мы получаем от Бога, как и всякая тварь; желание же добра, страх Божий и любовь к богу мы получаем осененные благодатью, чтобы стать божьей тварью.

18. Kучше вовсе не существовать, чем пребывать принадлежащими только самим себе. Ибо те, кто желает принадлежать только себе, знающие, словно боги, доброе и злое, становятся принадлежащими не только себе, но и дьяволу. Таким образом, свободная воля делает нас принадлежащими себе, дурная воля - дьяволу, добрая воля - Богу. <…> Впрочем, принадлежа Богу или дьяволу, мы не перестаем принадлежать самим себе. И в том и в другом случае сохраняется свобода выбора, которой обусловлены заслуги, поскольку по заслугам мы или подвергаемся наказанию за зло, как будто свободно совершаемое нами, или прославляемся за добро, так как мы не можем поступать не по своей воле. Этого с нами не могло бы быть, не будь мы свободными. Поистине наша воля подчиняет нас дьяволу, а не его власть; но Богу [подчиняет] его благодать, а не наша воля. <…>

19. И для того, чтобы желание наше, которое мы имеем в силу свободы выбора, было совершенным, мы нуждаемся в двух видах благодати, а именно в мудрости (Sapere), которая направляет волю к добру, и в мощи (Posse), которая утверждает волю в добре. А совершенное направление к добру заключается в том, что нравится лишь то, что следует или дозволено делать. <…>

20. Истинная мудрость как и полная мощь встречаются, когда со свободной волей соединяются те две свободы, о которых мы упоминали выше, т.е. свобода суждения и свобода желания наслаждения. Истинно мудрым и могучим я называю того, которому свойственно желать не только в силу его свободы выбора, но и в силу двух остальных свобод и совершенств и над которым желание зла не властно и кому хватает силы делать то, что он желает. <…>

      ГЛАВА VII:
О том, были ли первые люди в раю одарены этими тремя видами свободы и как было после грехопадения


21. Имели ли первые люди в раю все уже упоминавшиеся виды свободы, т.е. свободу выбора, свободу суждения, свободу желания наслаждения или, другими словами, свободу от необходимости, от греха и от страдания? Относительно первой вспомним, что она равным образом свойственна и праведным и грешникам. Каждая из двух остальных имеет две степени: высшую и низшую. Высшая свобода суждения заключается в невозможности грешить (non posse peccare), низшая в возможности не грешить (posse non peccare). Также высшая ступень свободы желания наслаждения заключается в невозможности быть тревожимым (turbari), низшая -- в возможности быть не тревожимым. Таким образом, человек в условиях своего бытия принял низшую ступень обоих свобод, соединенную с полной свободой выбора, и после грехопадения потерял обе свободы, т.е. был низвергнут от состояния возможности не грешить к состоянию невозможности не грешить, потеряв полностью свободу суждения.

22. Из трех, следовательно, свобод, которые он получил, злоупотребив той, которая называется свобода выбора, он лишил себя двух остальных. <…>

      ГЛАВА VIII:
О том, что свобода выбора остается после грехопадения


24. То обстоятельство, что человек сам по себе не имеет достаточно сил, дабы сбросить с себя грех или страдание, еще не означает уничтожение свободы выбора, но только лишение остальных свобод. Человек теряет свободу выбора лишь тогда, когда он перестает быть волящим, но отнюдь не тогда, когда он перестает быть могущим или мудрым. Ибо где нет воли, нет и свободы. <…> Воля же одинаково упорствует как в благе, так и во зле. Поэтому и свободный выбор пребывает полностью как в добре, так и во зле.

26. <…> В грешной плоти и в этой порочности дня у грешного есть [тем не менее] немалая мудрость: не соглашаться со злом, даже будучи всего лишенным; и немалая Мощь, даже не чувствуя себя совсем счастливым, мужественно отстаивать истину.

27. Поистине следует нам учиться, исходя из свободы суждения, не злоупотреблять свободой выбора, чтобы не могли полностью всякий раз наслаждаться свободой желания. Таким образом, мы действительно снова обнаруживаем в себе образ Бога и посредством благодати приготавливаемся к принятию той древней награды, которую мы потеряли из-за греха.

      ГЛАВА IX:
О том, что образ и подобие божие, по которому мы созданы, состоит в тройной свободе


28. Я же полагаю, что в этих трех свободах содержатся те образ и подобие Создателя, по которым мы созданы: образ запечатлен в свободе выбора, в двух других свободах, ибо они могут частично уменьшаться или целиком быть утеряны, наблюдается некое случайное подобие божественным мудрости и могуществу. Мы утеряли их по нашей вине и через благодать вновь обрели; и ежедневно, одни из нас больше, другие меньше, в них преуспеваем, или от них отходим. Они же могут быть так утеряны, что уже нельзя будет их вновь обрести.
29. <…> Высшей ступенью божественного подобия обладают высшие небесные ангельские чины, мы же - самой низшей, Адам обладал средней, а демоны - никакой. Ибо ведь высшим духам дано пребывать без греха и бедствий, Адаму хотя и дано быть без них, но не вечно; нам же хотя и не дано быть без них, однако [дано] и не подпасть под них полностью.

30. Существует два состояния, которые определяют неправедность воли: или когда хочется грешить, или когда хочется, согрешив, остаться безнаказанным. Им, следовательно, хочется грешить, пока позволено. А когда уже не могут, хотят остаться безнаказанными за согрешенное. Что в этом проявляется от истинной мудрости, от доброй воли? Они раскаиваются в том, что согрешили; однако, если бы им был предоставлен свободный выбор, разве они не предпочли бы грешить, чем терпеть наказание за грех? Кроме того, не истинно раскаиваются те, кто страдает не столько от того, что жил для себя, сколько от того, что уже не может продолжать эту жизнь. Таким образом обнаруживается то, что совершается внутри. Ибо пока плоть живет страстями, воля, как известно, пребывает во зле.

ГЛАВА Х :
О том, что подобие образа божия в нас преобразуется Христом


35. <…> Кроме того, ни Бог не лишен свободного выбора, ни дьявол, так как то, что Бог не может быть злым, совершается не по необходимости, но согласно сильной в добре воле и добровольной совестью; а то, что дьявол не может пребывать в добре, достигается не внешним насильственным принуждением, а его собственной волей, упорствующей во зле, и добровольным упорством. Этим скорее подтверждается свободный выбор, так как равно в добре и во зле он может сделать волю свободной. Ведь никто не может быть назван ни добрым, ни злым и не имеет возможности быть таковым, если только не добровольно.

ГЛАВА XI:
О том, что свободный выбор не умаляется ни благодатью, ни искушением


36. Как сказано, Создатель запечатлел только мыслящее существо тем преимуществом достоинства, что оно по своей собственной воле, а не по принуждению оно было добрым, так как только по своей воле [человек] совершает зло и справедливо проклинается или осуществляет добро и по заслугам спасается. Ибо никто не будет спасен помимо своей воли. Однако Бог никого не считает достойным спасения, если ранее не испытывает, добровольно ли тот ищет спасения.

37. Но, однако, какими бы великими искушениями изнутри или снаружи человек ни мучился, всегда, конечно, насколько дело касается выбора, воля будет свободной: ведь она свободно будет решать только на основе своего согласия. Насколько же касается суждения или желания, противоборствуя вожделению (concupiscentia) плоти и убожеству жизни, она меньше чувствует себя свободной, но тем не менее не совершенно злой , пока она не соглашается со злом.

      ГЛАВА XII:
О том, освобождается ли от вины отрекающийся от веры из страха смерти или наказания


38. Но мы можем видеть, что согласно нашему утверждению, не будет вины на тех, кто из страха наказания или смерти были принуждены отречься от веры словом, ибо отрекаются лишь голосом; ведь и воля их должна быть принуждена к вине, чтобы они захотели того, чего, очевидно, им запрещено хотеть. <…>

40. Принуждение же бывает двух видов: мы принуждены или терпеть что-либо, или действовать против своей воли. Причем пассивное может иногда совершаться без добровольного согласия терпящего, но активное - никогда. Поэтому зло, которое возникает в нас или из нас, не должно вменяться нам в вину, если мы его не желаем. <…>

      ГЛАВА XIII:
О том, что истинные заслуги человека есть милость божия


42. То, что в человеке называется свободным выбором, или справедливо осуждается, когда оно у него не предназначено к греху никакой внешней силой, или милосердно спасается, когда для праведности ему не хватает никакой его добродетели. Впрочем, в свободном выборе, а не вне его, может быть найдена причина осуждения, так как ничто не приводит к осуждению, кроме собственной вины: и не от него заслуги к спасению, так как спасает только милосердие.

44. Бог вершит спасение то посредством твари без нее самой, то посредством твари наперекор ей самой, то посредством твари и вместе с нею. В самом деле, много блага делается посредством неощущающей, а также неразумной твари. Поэтому я сказал, что это делается без нее, так как она не в состоянии, будучи лишена разумения, быть сознающей. Также великое множество полезных для спасения дел совершает бог через посредство злых людей и падших ангелов; но это совершается помимо их желания и наперекор им самим. Тех же, которые по собственной воле соглашаются на добро и претворяют его в действие, Бог полностью приобщает к делу, которое он посредством их воплощает.

45. Теперь, рассмотрев троякую деятельность бога, мы видим, что каждое создание вознаграждается согласно с тем, как оно служит. И чем может быть вознаграждено то [создание], посредством которого, но без которого совершается то, что совершается? И чем, кроме гнева то, вопреки которому совершается? Чем, кроме благодати, то, вместе с которым совершается? Итак, мы находим, в первом случае - никакие, во втором - дурные, в третьем - добрые заслуги. <…>

      ГЛАВА XIV:
О том, что в деле спасения предоставляется благодати, а что - свободному выбору


46. Если бог три способности - мыслить, хотеть и совершать добро, - создает в нас, то первое, видимо он совершит без нас, второе - с нами, третье - посредством нас. Ибо, внушая добрые помыслы, нас упреждает; изменяя злую волю, к себе посредством согласия приобщает, управляя согласием, внутреннее побуждение проявляет вовне в совершаемом нами деле. Следовательно, без сомнения, Богом вершится наше спасение, однако спасение хотя и не от нас, но уже и не без нас.



К другим произведениям Бернара Клервоского



Опрос на сайте

No votings found

Календарь

«    Сентябрь 2020    »
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1 2 3 4 5 6
7 8 9 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30

Материалы по ЕГЭ

Яндекс.Метрика